14 марта – день памяти преподобномучениц Анны и Матроны (Макандиных), насельниц Московского Алексеевского монастыря, пострадавших в годы гонений на Церковь.
О детстве и семье преподобномучениц известно совсем немного. Родные сестры Анна и Матрона родились в селе Константиново Александровского уезда Владимирской губернии. Ныне село относится к Сергиево-Посадскому району Московской области. Их родители, Алексей и Екатерина Макандины, были зажиточными крестьянами. Матрона родилась 5 ноября 1889 года, а Анна – 15 октября 1891 года. У них была еще младшая сестра Мария. Обучались сестры в сельской школе.
В 1910 году Матрона поступила послушницей в Московский Алексеевский монастырь, а вслед за ней в 1914 году в обитель поступила и Анна. Привычные к крестьянскому труду, послушницы были заняты на тяжелых физических послушаниях. Известно, что Анна трудилась в монастыре чернорабочей при кухне.
С приходом к власти большевиков в 1917 году для обители пришло время тяжелых испытаний. Во время гражданской войны в рамках всеобщей трудовой повинности монахиням приходилось шить военное обмундирование и белье для Красной армии. В монастыре были размещены красноармейцы. Современник происходящих событий записывал в дневнике в начале 1919 года: «Был на праздниках на родительских могилах в Алексеевском монастыре (в женском) и увы! и там поселены красноармейцы, со всеми своими бранными доспехами и бранными словами. Явное глумление над христианскими обителями: неужто для женского монастыря нельзя было найти других каких постояльцев или учреждений?» [1]
В апреле 1923 года настоятельница монастыря игумения Мария (Преженцова) была арестована и несколько месяцев содержалась в Бутырской тюрьме. По счастью, обвинение было следствием не доказано, и заседанием коллегии ГПУ было решено ее освободить после более двухмесячного заключения. Сестры монастыря неоднократно обращались к следователю с просьбами отпустить настоятельницу, принимая во внимание ее преклонный возраст и болезненное состояние. В следственном деле игумении Марии сохранилось прошение насельниц монастыря с их подписями. Письмо было подписано и послушницами Анной и Матроной Макандиными.
Следом за красноармейцами на территории монастыря, потеснив монахинь, поселились рабочие чугунно-литейного завода имени Маленкова и швейной фабрики №18 «Возрождение», расположенных неподалеку.
19 августа 1924 года руководители завода и фабрики обратились в Моссовет с просьбой выделить жилье монахиням, выселяемым из келейных корпусов монастыря, ставшими фабричным и заводским домами Коммуны. В списках, сопровождавших письмо, были указаны 136 сестер. В тексте документа говорилось: «Фабком и заводоуправление просит, если имеется возможность где-либо в губернии представить монахиням жилое помещение, так как они почти все уже старые и нетрудоспособные. В настоящее же время они выселяются в административном порядке без предоставления жилой площади. Срок выселения им объявлен 14-ти дневный» [2].
В числе выселяемых насельниц были и послушницы Анна и Матрона Макандины. После изгнания из обители они поселились на квартире еще с тремя сестрами Алексеевского монастыря Евдокией Палиной, Акилиной и Анной Волковыми. Дом их находился на 12-м проезде Марьиной Рощи, поблизости с храмом иконы Божией Матери «Нечаянная Радость». Всего в Марьиной роще на частных квартирах недалеко друг от друга жили девять насельниц монастыря, сохраняя, по возможности, монастырский уклад жизни. На жизнь они зарабатывали шитьем одеял.
Горстка монахинь вместе с последней настоятельницей монастыря игуменией Марией (Преженцовой) оставалась жить на территории обители до декабря 1930 года. В это время еще совершались богослужения в единственной не закрытой монастырской Крестовоздвиженской церкви.
В конце 1930 года арестовали всех остававшихся в монастыре насельниц, кроме игумении, находившейся при смерти. Вместе с ними были задержаны и другие сестры Алексеевского монастыря, проживавшие на квартирах в Москве. Все они обвинялись в антисоветской агитации по ст. 58-10 УК РСФСР. Это было большое групповое дело, по которому проходило множество монашествующих. В обвинительном заключении говорилось: «Привлеченные по данному делу обвиняемые, бывшие монахи ликвидированных монастырей и подворий... живя скопищами, занимались активной антисоветской деятельностью, выражающейся в организации нелегальных антисоветских “братств” и “сестричеств”, оказании помощи ссыльным единомышленникам... антисоветской агитации о религиозных гонениях, чинимых советской властью, и распространении всевозможных провокационных слухов среди населения; квартиры их являлись убежищем для всякого рода контрреволюционного элемента» [3].
Анна и Матрона были арестованы 28 декабря 1930 года. Отвечая на допросе, Матрона открыто говорила о своем отношении к власти: «До 1924 года я находилась в Церкви – монастыре, куда я пошла в 1910 году. До 1924 года я к советской власти относилась безразлично, но в момент нашего изгнания из него и по сие время являюсь противницей советской власти, так как она закрывает монастыри и не дает служить Богу. Свое недовольство я ничем не выражаю активно, лишь не желаю служить на государственной службе, и также сама остаюсь еще большей поклонницей Церкви» [4].
В январе 1931 года Особое Совещание при Коллегии ОГПУ приговорило послушниц Матрону и Анну к трем годам ссылки в Северный край. Отбывали ее они в селе Пинега.
Из ссылки Анна и Матрона вернулись в марте 1934 года и поселились на родине в Константиново. Работали на заготовках сельскохозяйственной продукции. Интересно, что в то же самое время, с 1935 года и до последнего ареста в 1937 году, в Константиново проживала мученица Татиана (Гримблит). Она работала медсестрой и лаборанткой в Константиновской районной больнице. Скорее всего, сестры Анна и Матрона были знакомы с Татьяной. 6 сентября 1937 года «Тройка» УНКВД по Московской области приговорила Татьяну к расстрелу за антисоветскую агитацию, помощь заключенным и религиозные разговоры. 23 сентября 1937 года она была расстреляна и погребена на полигоне Бутово под Москвой.
Спустя полгода после ее ареста, 22 февраля 1938 года, были повторно арестованы и сестры Анна и Матрона Макандины. Содержались они в Загорской тюрьме.
В обвинительном заключении Матроны на основе показаний штатных свидетелей говорилось: «В октябре месяце 1937 года около своего дома Макандина среди колхозников говорила: “Православные, зачем вы отреклись от Бога Иисуса Христа, а также поддались коммунистам, а теперь вот работайте все круглые сутки на коммунистов, которые не работают, а живут за вашей спиной. Вы лучше бросьте работать в колхозе, а идите в церковь молиться Богу, и то будете сытнее и Бог тогда вас простит и … даст вам в жизни счастье…”
В начале января 1938 года Макандина среди колхозников опошляла вождей партии и правительства» [5].
На вопрос следователя, признает ли она себя виновной в антисоветской агитации, Матрона отвечала: «В декабре месяце, я не помню какого числа, я проходила мимо райлесхоза, проходила где стояли в то время... Они вели разговор о закрытии церкви. Я сказала... только два слова – все церкви закрыли, даже ребят крестить негде. Больше я ничего не говорила» [6].
Об Анне свидетели показывали следующее: «В ноябре месяце 1937 года около своего дома Макандина среди колхозников говорила, что соввласть существует на одном обмане крестьян, вы работаете все круглые сутки задаром. Вы православные, лучше бросьте работать, а идите в церковь молиться Богу, и тогда Бог вам создаст жизнь хорошую» [7].
Послушницы Анна и Матрона обвинялись в том, что высказывали клевету против советской власти, вели среди колхозников систематическую антисоветскую агитацию и разлагательскую работу, направленную на развал колхоза. Виновными сестры себя не признали.
25 февраля 1938 года следствие было закончено (оно шло всего 3 дня). Анну и Матрону перевели в Таганскую тюрьму в Москве. 8 марта 1938 года тройка НКВД приговорила их к расстрелу. Советские женщины 8 марта отмечали Международный женский день, а по церковному календарю в этот день 1838 года был вторник 1-й седмицы Великого Поста и читался Великий канон Андрея Критского.
14 марта 1938 года послушницы Алексеевского монастыря Анна и Матрона были расстреляны на полигоне Бутово под Москвой и погребены в общей безвестной могиле.
В 2000 году Архиерейским Юбилейным Собором Русской Православной Церкви, проходившим в Москве 13–16 августа, был прославлен сонм Российских мучеников и исповедников за веру Христову. В их числе была и послушница Алексеевского монастыря Анна (Макандина). 21 августа 2007 г. на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви была канонизирована и ее сестра, послушница Матрона (Макандина). Также имена преподобномучениц Анны и Матроны включены в Собор новомучеников и исповедников Радонежских,который празднуется 10 декабря. По особому Промыслу Божию первые монашеские постриги в возрождающемся Алексеевском монастыре состоялись именно 10 декабря, в день, когда Русская Церковь молится Радонежским новомученикам, в сонм которых входят и небесные покровительницы обители преподобномученицы Анна и Матрона.
-----------------------------
Источники:
[1] Окунев Н. П. Дневник москвича. Париж, 1990. С. 249.
[2] ЦГАМО. Ф. 66. Оп. 18. Д. 315. Л. 62.
[3] ЦА ФСБ России. Д. Н-6656. Т. 11. Л. 326–327.
[4] ЦА ФСБ России. Д. Н-6656. Т. 3. Л. 14.
[5] ГАРФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д. 23852. Л. 15.
[6] ГАРФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д.23852. Л. 14.
[7] ГАРФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д. 23851. Л. 15.
ГАРФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д. 50471.
ЦГАМО. Ф. 66. Оп. 18. Д. 315.
ЦА ФСБ России. Д. Н-6656.
ГАРФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д. 23851.
ГАРФ. Ф. 10035. Оп. 1. Д. 23852.
Игумен Дамаскин (Орловский). Преподобномученицы Матрона и Анна (Макандины) // Красносельские мученицы. М., 2013. С. 20–25
Окунев Н. П. Дневник москвича. Париж, 1990.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
